на главную
ПСТГУ
 
Регистрация
Забыли пароль?

Сведения об образовательной организации Во исполнение постановления Правительства РФ № 582 от 10 июля 2013 года, Приказа Федеральной службы по надзору в сфере образования и науки от 29 мая 2014 г. № 785

Пострадавшие за Христа
04 мая (21 апреля ст.ст.)
Священномученика иерея Иоанна, Священномученика иерея Николая, Священномученика иерея Алексия.

Священномученика иерея Иоанна

(Пригоровский Иван Емельянович, +04.05.1918)

Священномученик Иоанн родился 4 января 1875 года в семье пономаря Черниговской епархии Емельяна Пригоровского. В 1897 году Иван окончил Черниговскую Духовную семинарию и был направлен служить псаломщиком в храм в селе Мостовое Кубанской области. 28 февраля 1898 года он был рукоположен во диакона ко храму пророка Божия Илии в станице Незамаевская Ейского отдела Кубанской области, а 19 мая того же года – во священника к церкви хутора Кугоейского той же области и назначен заведующим и законоучителем церковноприходской школы хутора. С 1898‐го по 1903 год он заведовал открытой им вечерней школой для взрослых и учительствовал в ней.

6 июня 1903 года отец Иоанн был переведен служить в храм во имя Рождества Пресвятой Богородицы в село Винодельное Ставропольской губернии и назначен законоучителем двух училищ Министерства народного просвещения и церковноприходской школы.

В 1905 году съездом духовенства 6‐го благочиннического округа Ставропольской губернии он был избран депутатом на епархиальные и окружные съезды и эту должность исполнял до 1908 года.

В 1908 году отец Иоанн стал служить в церкви во имя Сошествия Святаго Духа в станице Шкуринская и был назначен заведующим и законоучителем церковноприходской школы станицы и законоучителем двух училищ Министерства народного просвещения.

17 августа 1916 года отец Иоанн возвратился служить в храм пророка Божия Илии в станице Незамаевская и 30 сентября того же года был назначен настоятелем этого храма. После прихода безбожников к власти началась гражданская война и станицы Кубанской области по нескольку раз стали переходить то к Белой, то к Красной армии.

В конце Страстной седмицы 1918 года станица Незамаевская была захвачена большевиками. В Великую Субботу, 21 апреля (4 мая), в храм, где совершалось богослужение, ворвался отряд красноармейцев и отец Иоанн был арестован и выведен большевиками на площадь перед храмом. Убийцы с бранью набросились на священника. Отца Иоанна жестоко избили, изуродовали ему лицо и, окровавленного и едва живого, вытащили за околицу и здесь зверски убили, запретив жителям станицы его хоронить.

По материалам сайта Регионального Общественного Фонда ПАМЯТЬ МУЧЕНИКОВ И ИСПОВЕДНИКОВ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ.

Страница в Базе данных ПСТГУ

Священномученика иерея Николая

(Писаревский Николай Павлович, +04.05.1933)

Священноисповедник Николай родился в 1868 году в селе Ягорба Мологского уезда Ярославской губернии в семье священника Павла Писаревского. Окончив Рязанскую Духовную семинарию, он был рукоположен во священника ко храму в родном селе.

В конце двадцатых годов вместе с насильственной организацией в селе Ягорба колхоза власти повели беспощадную борьбу с православной верой и Церковью; в 1930 году священник Николай Писаревский был арестован. Властям удалось запугать членов церковного совета и добиться, чтобы они большинством голосов приняли решение о закрытии храма, и храм был закрыт. Прихожане не согласились с этим решением, и староста собрал новый церковный совет и стал хлопотать об открытии храма и освобождении священника. Хлопоты увенчались успехом – отец Николай был освобожден и храм открыт.

В марте 1931 года от священника потребовали уплаты налогов: личного – более 500 рублей, и с храма – 1300 рублей. Узнав, что власти увеличивают налоги, диакон, служивший с отцом Николаем, выступил с публичным заявлением о снятии сана. Отец Николай пришел к нему в дом и увещевал не бояться служить: он, священник, чтобы там ни случилось, будет служить. Увещание не возымело успеха; диакон и его супруга, прилагая грех ко греху, стали после этого распускать по селу слухи и доносить представителям власти, что священник средства получает, а диакону ничего не платит, заявляет, что он никого не боится, и называет представителей власти бандитами.

Обо всех этих вдвойне скорбных злоключениях от лжебратии отец Николай поведал своему другу, священнику, который ему на это отписал: «Милый мой друг детства и добрый товарищ по заключению Николай Петрович, здравствуй! Сегодня – на другой день памятного дня выпуска меня на свободу – получил твое письмецо, которому так рад, что решил немедленно на него откликнуться. Письмецо твое восстановило самые яркие воспоминания с раннего детства до дней лишения свободы, перенесенных тяжких душевных страданий в ожидании ссылки, а потом радости своего, а потом и твоего, освобождения. Глубоко тронут твоим задушевным приглашением на рыбную ловлю и воспользуюсь им с удовольствием, если обстоятельства позволят. Квартиркой своей не сокрушайся, ибо теперь она является самой подходящей, и матушка твоя в своих взглядах на квартирный вопрос права, и сам ты прав, говоря, что стоишь на пороге к вечности. А когда я приеду, то будет тепло – устроимся на чердаке или где‐нибудь в сарае.

После Крещения с меня потребовали в 24 часа 580 рублей, вслед за сим плюс 180, плюс 16 рублей, описали мое и сынов моих имущество, написали протокол о якобы фиктивном разрыве с сыновьями. Бился, бился – и отдал 580 рублей, из коих 230 рублей нашел около себя, а 350 взял взаимообразно у церковного старосты: 100 рублей долга покрыл, а 250 рублей должен… Слышно здесь, что весь бывший Мологский уезд уклонился в обновленчество. Верен ли ты, друг мой, Святой Русской Патриаршей Церкви? – Об этом напиши…

Сердечно желаю тебе встретить и провести грядущий праздник Светлого Воскресения Христова в христианской радости и добром здоровье».

Отец Николай попросил прихожан помочь ему уплатить налоги, так как иначе храм будет закрыт. Власти, воспользовавшись предательством диакона, заявившего, что священник ругал советскую власть, и показаниями лжесвидетелей, утверждавших, будто отец Николай назвал Ленина плутом, арестовали священника.

2 апреля 1931 года, отец Николай писал из заключения: «Жив и здрав, а письмо это пишу из Пошехонья‐Володарска из домзака, куда был водворен вчерашнего дня; мне предъявлено обвинение в том же, что и в прошлом году, то есть по статье 58–10… Взяли меня за 2 часа до утрени в Вербное воскресенье; сказали при взятии, что мне сделают допрос в течение получаса и отпустят восвояси: я пошел, ни с кем из домашних не простился и с того момента уже никого из своих не видел… привезли в тот же день в район при деревне Гаютино Пошехонского уезда, где и пробыл до четверга при крайне стесненных обстоятельствах жилищных… Вот при каких обстоятельствах пришлось и в нынешнем году встречать великие праздники… Главным деятелем моего провала был наш отец дьякон, который сдал меня с головой, причем, конечно, по обыкновению своему оболгал, то есть насказал лишнее… Грустно, более не знаю, что писать. Божие благословение да будет с вами, остаюсь любящий вас Николай Писаревский. Прощайте!»

Свидетелями обвинения против священника выступили два коммуниста, один из которых был председателем правления колхоза «Путь Ильича». Следователь допросил священника; отец Николай, отвечая на вопросы, сказал: «Виновным себя в части антисоветской агитации против проведения мероприятий не признаю, а признаю только одно… когда меня вызвали в сельсовет и предъявили мне 540 рублей налога, я здесь погорячился и заявил председателю, что они хотят меня ограбить… Больше показать ничего не могу».

10 мая 1931 года тройка ОГПУ приговорила отца Николая к двум годам ссылки в Северный край. Священник Николай Писаревский скончался за месяц до окончания срока ссылки, 4 мая 1933 года, в городе Холмогоры Архангельской области.

По материалам сайта Регионального Общественного Фонда ПАМЯТЬ МУЧЕНИКОВ И ИСПОВЕДНИКОВ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ.

Страница в Базе данных ПСТГУ

Священномученика иерея Алексия

(Протопопов Алексей Николаевич, +04.05.1938)

Священномученик Алексий родился 15 марта 1880 года в селе Ильинском Бронницкого уезда Московской губернии в семье псаломщика Николая Михайловича Протопопова. В 1896 году Алексей окончил Перервинское духовное училище, в 1902‐м – Московскую Духовную семинарию и был назначен учителем в одну из церковноприходских школ Москвы.

В 1903 году Алексей Николаевич был рукоположен во диакона к Богоявленскому храму в Москве; в 1907 году переведен в Казанскую церковь в Сущеве, где прослужил до ее закрытия в 1930 году и был переведен в храм преподобного Пимена Великого. После того как храм в 1934 году был захвачен обновленцами, диакон Алексий стал служить в соборе в честь Рождества Божией Матери в городе Орехово‐Зуево. В 1935 году он был рукоположен во священника ко храму в честь Казанской иконы Божией Матери в селе Казанском Павло‐Посадского района, в котором и прошло все его недолгое пастырское служение до массовых гонений 1937 года.

20 ноября 1937 года сотрудники НКВД допросили трех свидетелей: старосту, члена церковной двадцатки и одного из прихожан Казанского храма. Они показали, что их священник часто проповедует – иногда во время службы, иногда после службы, стараясь как можно полнее раскрыть содержание и указать на значение того или иного праздника, и в особенности престольного – Казанской иконы Божией Матери. Свидетели также показали, что священник неоднократно обращался к прихожанам, чтобы они материально помогли храму, в котором только что был произведен ремонт, помогли деньгами на закупку дров для отопления и на оплату налогов государству, а также собрали средства на содержание Патриархии. Во время служения на престольные праздники отец Алексий говорил, что всякий прихожанин должен с таким радостным чувством уходить после службы домой, чтобы эта радость через него стала достоянием и его домашних, чтобы и им захотелось прийти в храм. Свидетели показали, что священник во время проповеди жаловался, что стало мало ходить в храм православных, что раньше государство помогало Церкви, а сейчас, при советской власти, происходит все наоборот: церкви разрушаются, колокола снимаются, церковные ценности изымаются.

Отец Алексий был арестован 27 ноября 1937 года и заключен в ногинскую тюрьму, где в течение нескольких дней его допрашивали разные следователи.

– Следствие располагает материалами о том, что вы систематически ведете антисоветскую агитацию, направленную на срыв мероприятий партии и правительства. Следствие требует от вас откровенных и правдивых показаний по этому вопросу. В чем выражается ваша антисоветская агитация? – потребовал ответа от священника следователь.
– Я никакой антисоветской агитацией не занимался и по этому вопросу показать ничего не могу, – ответил отец Алексий.
– Дайте показания, что вы говорили во время службы в религиозный праздник так называемой «Казанской»?
– 4 ноября, во время службы на празднование Казанской, я выступил по просьбе церковного совета со словом о том, что на отопление церкви нет дров. Для того, чтобы совершать богослужения, надо заготовить дрова. Поскольку у нас на это средств не имеется, я попросил верующих села Казанское, чтобы они пожертвовали на покупку дров и другие церковные нужды. После моего обращения был сделан обход с тарелкой, и кто сколько мог пожертвовал.
– Дайте показания, что вы говорили верующим во время богослужения на празднование в так называемый «Николин день»?
– Я выступил со словом во время богослужения, чтобы верующие пожертвовали, кто сколько сможет, на содержание нашей епархии… После моего слова был сделан обход с кружкой. Больше я ничего не говорил.
– Следствию известно, что вы восхваляли дореволюционное время и враждебно, в контрреволюционном духе отзывались о существующем строе, обвиняя в гонении на религию и духовенство. Признаете себя в этом виновным?
– Да, мне известно, что такие ценности, как колокола и другие, были изъяты, но я это никогда не осуждал и с амвона по этому поводу никогда не выступал, и виновным себя в этом не признаю.
– Вы следствию даете ложные показания. Следствие требует от вас правдивых показаний по существу дела.
– Я следствию даю правдивые показания по существу дела и еще раз свою виновность в антисоветской деятельности отрицаю.

После допросов отец Алексий был отправлен в Таганскую тюрьму в Москве. 3 декабря 1937 года тройка НКВД приговорила его к десяти годам заключения в исправительно‐трудовом лагере. Священник Алексий Протопопов скончался в заключении 4 мая 1938 года и был погребен в безвестной могиле.

По материалам сайта Регионального Общественного Фонда ПАМЯТЬ МУЧЕНИКОВ И ИСПОВЕДНИКОВ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ.

Страница в Базе данных ПСТГУ