на главную
Православный Свято-Тихоновский университет
Свидетельство о Государственной аккредитации
 
Регистрация
Забыли пароль?

Сведения об образовательной организации Во исполнение постановления Правительства РФ № 582 от 10 июля 2013 года, Приказа Федеральной службы по надзору в сфере образования и науки от 29 мая 2014 г. № 785

Мониторинг СМИ

Очистительная гроза двенадцатого года

В отечественной истории есть несколько вех, чье определяющее значение для всей русской жизни не вызывает сомнений. К таковым, вне всякого сомнения, относятся события 1917 года и Великой Отечественной войны. Причем последняя через кровь и страдания нескольких поколений в значительной степени сняла тот революционный накал, от которого за предшествующую четверть века едва не сгорела русская цивилизация. Нечто подобное произошло и в первой половине столетия XIX-го, когда Россия, пройдя через «грозу двенадцатого года», во многом очистилась от тотального чужебесия самого темного века нашей истории.


Казалось бы, столь жесткая характеристика применима разве что к столетиям княжеских междоусобиц, феодальной раздробленности и татаро-монгольского ига. И в этом есть своя правда, хотя и во многом небезосновательно раскритикованная исследователями-евразийцами. Подлинно же «темным веком», на мой взгляд, можно назвать иную эпоху, то время, которым у нас обычно принято восхищаться. Речь идет о веке XVIII-м, первые отголоски которого были слышны еще в период правления Алексея Михайловича, ведь именно «Тишайший» царь начал борьбу с аутентичной древнерусской культурой в лице старообрядчества. Борьбу, активно продолженную его детьми.

Первые европейские преобразования у нас обычно принято связывать со временем Петра I, однако и его старший брат Федор Алексеевич, царствовавший с 1676 по 1682 годы, и знаменитая царевна Софья, регентствовавшая при малолетних Иоанне и Петре Алексеевичах, были людьми западной культуры, прекрасно владевшими польским и латынью, и отнюдь не имевшие никаких «почвеннических» пристрастий. Достаточно вспомнить, что в это время в Россию в обилии проникли иезуиты, чье влияние на русскую духовную культуру и священноначалие Русской церкви было пресечено лишь при Петре I. С одной лишь оговоркой — сам будущий Император Всероссийский был приверженцем культуры еще более далекой от православия — протестантской.

XVIII столетие стало для России не просто «темным веком», но подлинным отказом от всего русского. Именно в это время произошло окончательное порабощение русского крестьянина, который стал «крещеной собственностью» в буквальном смысле этих слов, а русское дворянство, увлекшееся масонством и прочим иллюминатством, вместе с бородами и традиционной одеждой начало терять последнюю основу своей русскости — язык. Ведь не секрет, что в наиболее «продвинутых» дворянских семьях юные барчуки, включая Александра Пушкина, изучали родную речь в качестве первого, а зачастую и второго «иностранного».

И в этих условиях, когда Россия уже стояла на пороге конституционных преобразований по западному образцу, подготовленных влиятельным масоном Михаилом Сперанским, случилось нечто, изменившее ход российской истории. Этим событием стало вторжение в российские пределы армии «двунадесяти языков» Наполеона Бонапарта, человека весьма «прогрессивного» и даже антицерковно настроенного. В общем, вполне законнорожденного сына Великой Французской революции, которая, в свою очередь, тоже имела «родителей» — французских «просветителей» во главе с Вольтером. Последний в числе прочего известен своим афористичным призывом «Раздавите гадину!», подразумевавшим Церковь.

Казалось бы, российские «прогрессивные» франкофоны должны были хлебом-солью встретить Бонапарта, торжественно вручив ему ключи и от Москвы, и от Санкт-Петербурга, а «прогрессивный» Александр I, быть может, даже принять из наполеоновских рук вассальную корону. Но промыслительным образом история повернулась иначе: в русском дворянстве проснулся подспудно почивавший в нем более столетия русский дух. Коллективный Пьер Безухов встретился с коллективным Платоном Каратаевым.

Платон Каратаев и Пьер Безухов. Кадр из фильма Сергея Бондарчука

Можно сказать, что именно в то самое время в Российской империи свершилась самая настоящая консервативная революция. После нашей победы в Отечественной войне 1812 года начался медленный, но верный возврат к исконным русским традициям. Причем не только практически во всех областях культуры, но и в религиозной жизни, и даже в политике. В храмы постепенно возвращались иконы древнего письма, их все чаще и чаще увенчивали древние восьмиконечные кресты, которые в XVIII веке были тотально запрещены как «раскольничьи». В архитектуре зародился русско-византийский стиль. Придворных же либеральных реформаторов, наподобие масона Сперанского, сменили твердые государственники, такие, как отец русского консерватизма адмирал Александр Шишков, «всесильный временщик» генерал Алексей Аракчеев и автор знаменитой идеологической триады «Православие, Самодержавие, Народность» граф Сергей Уваров. Более того, в 1822 годувышел императорский указ о запрете тайных организаций и масонских лож, сам же Александр I в конце жизни стал глубоко верующим православным человеком.

Однако, как мы помним еще из школьных уроков физики, на каждое действие всегда есть равное противодействие. Так произошло и в истории России первой половины XIX века. Усиление государственнических тенденций в политике и народно-консервативных в религии и культуре породило русское западничество. Многие из героических русских офицеров, побывав во взятом ими Париже, принесли домой не только вполне заслуженные материальные трофеи, но и западные ценности. И ни благодушный Александр I, ни куда более жесткий Николай «Палкин» так и не смогли поставить на место людей, одурманенных европейскими ароматами, казавшимися им чистым воздухом свободы (в отличие от Иосифа Сталина, также столкнувшегося с подобными настроениями после победного 1945-го, но сумевшего быстро решить эту проблему). И уже очень скоро дворянским детям вновь стали выписывать учителей-французов, в высоких собраниях вновь зазвучала чужеземная речь (вспомним «Горе от ума»), а иные из завтрашних «интеллигентов» и вовсе стали позволять себе хулить Россию:

Как сладостно отчизну ненавидеть

И жадно ждать ее уничиженья!

И в разрушении отчизны видеть

Всемирного денницу возрожденья!

Да-да, все это именно оттуда! Как и во многом русофобские «Философические письма» мятущегося, но гениального Петра Чаадаева, который своим едким, но тонким умом окончательно разбудил не только западников, но и славянофилов. Ну и, разумеется, оттуда же и трагический декабристский мятеж, который на протяжении многих лет у нас было принято романтизировать, хотя на деле это была кровавая драма, в которой с обеих сторон погибло более тысячи человек. И ответственность за это лежит всецело на мятежниках, которые, быть может, «из самых добрых побуждений», но попытались столкнуть Россию с пути начавшегося в 1812 году национального возрождения, вершиной которого стал период правления Александра III. Впрочем, это уже совсем другая история.

Михаил Тюренков

Татьянин День

09 сентября 2012 г.

Разместить ссылку на материал

15 мая 2019 г.
Третья неделя по Пасхе: что православные отмечают в день жен-мироносиц
14 мая 2019 г.
Космическая скорость Московского Пасхального фестиваля
13 мая 2019 г.
В Пензе пройдет конференция о сохранении памяти новомучеников и жертв репрессий
03 мая 2019 г.
Декан исторического факультета ПСТГУ участвовал в комментировании прямой трансляции схождения Благодатного огня
02 мая 2019 г.
Институт сербского языка и коммуникаций (г. Белгород) и Клуб русско-сербской дружбы «ПСТГУ-Сербия» договорились о сотрудничестве
01 мая 2019 г.
Подведены итоги Всероссийской выставки научных, учебных и периодических богословских изданий духовных учебных заведений Русской Православной Церкви
24 апреля 2019 г.
При Свято-Никольском Черноостровском монастыре г. Малоярославца прошла просветительская программа для студентов ПСТГУ
24 апреля 2019 г.
Что такое «партнерский приход» в Русской Православной Церкви?
23 апреля 2019 г.
Страстная седмица: понедельник
22 апреля 2019 г.
Научно-практическая конференция по проблемам церковного искусства в ПСТГУ дала ответ на вызовы современности