1 /
При участии научных сотрудников и преподавателей ПСТГУ в Ясной Поляне прошел коллоквиум интеллектуального клуба

25–28 октября 2020 года в Ясной Поляне состоялся XI коллоквиум Междисциплинарного интеллектуального клуба на тему «Л. Н. Толстой и Ф. М. Достоевский: как возможно христианство в современном мире?»

Коллоквиум проходил в рамках проекта «Невидимая русская провинция», который осуществляют сотрудники Центра ПСТГУ по изучению русской духовной культуры XIX – нач. XX в. при поддержке Фонда президентских грантов.

25 октября участники прибыли в Ясную Поляну. На общем собрании участники вспоминали протоиерея Георгия Ореханова — автора идеи и организатора Междисциплинарного интеллектуального клуба. В следующем году клуб будет отмечать свое десятилетие.

26 октября началась работа коллоквиума.

С докладом «Андрей Белый о “трагедии творчества” Толстого и Достоевского» выступила Г. В. Алексеева (к. филол. н., заслуженный работник культуры РФ, руководитель Отдела научно-исследовательской работы музея-усадьбы Л. Н. Толстого «Ясная Поляна»).

Основываясь на статье А. Белого «Трагедия творчества. Достоевский и Толстой», Г. В. Алексеева показала, как духовное наследие великих писателей было воспринято одной из ключевых фигур Серебряного века. Духовный переворот Толстого и главное его следствие — отказ от создания художественных произведений — был понят Белым как «молчание гения», ставшее лишь «углублением его гениальности». «Гений слова стал гением жизни», и своим уходом из Ясной Поляны Толстой явил пример гениального жизнетворчества — понятия столь важного для русского модернизма.

Выступление открыло дискуссию об «эстетическом» христанстве младосимволистов, «этическом» христианстве Толстого и Достоевского и историческом христианстве.

Е. Ю. Кнорре (к. филол. н., ИМЛИ РАН) в своем докладе «“Всякий <…> пред всеми за всех виноват”: Ф. Достоевский и Л. Толстой в дневниках М. Пришвина периода революции и Гражданской войны» показала, как наследие великих писателей XIX века помогало в кризисных обстоятельствах века XX. Глубокое погружение в проблематику произведений Толстого и Достоевского способствовало приятию М. Пришвиным пореволюционной действительности. Нравственное самоуглубление, христианское отделение зла от его носителя, творчество как способ преображения мира вокруг себя — эти мотивы произведений Толстого и Достоевского являются в то же время одними из основных в дневниковой прозе М. Пришвина.

В докладе «Достоевский-Страхов-Толстой: “опасные связи”» С. М. Климова (д. филос. н., ВШЭ) рассказала о своей работе над антологией «Н. Н. Страхов: Pro et Contra». Мировоззрение Страхова гораздо ближе Достоевскому, который пишет философу: «Половина моих идей — это Ваши идеи». Однако сам Страхов ориентируется на Толстого, доверяя ему свои самые сокровенные мысли. Толстой же иронически называет беспристрастного критика «Ваша объективность». Под вопросом остается роль Страхова в знаменитой «невстрече» двух гениев на лекции Вл. Соловьева в 1878 г.

Протоиерей Георгий Белькинд (президент Образовательного фонда им. братьев Сергея и Евгения Трубецких) представил доклад «Поэт Странник — архиепископ Сан-Францисский Иоанн (Дмитрий Шаховской) — как “профессиональный” читатель Достоевского и Толстого».

Отец Георгий указал на способ чтения архиепископа Иоанна, состоявший из трех приемов: 1) оценки, 2) термина и 3) различения. Термин архиепископа Иоанна «молния Достоевского» означает момент, когда авторская мысль внезапно «прорезывает» и «освещает» повествование. Полюсами изучения Толстого в русском Зарубежье отец Георгий называет книгу Бунина «Освобождение Толстого» и книгу архиепископа Иоанна «К истории русской интеллигенции (Революция Толстого)». Также докладчик поделился архивным видео, на котором об архиепископе Иоанне рассказывает отец Георгий Ореханов.

О. А. Богданова (д. филол. н., ИМЛИ РАН) сделала доклад «Усадьба и храм в жизни и творчестве Ф. М. Достоевского». Храм, по мнению О. А. Богдановой, является организатором символического пространства города в художественном мире Достоевского. Да и сам Достоевский в Петербурге «селился, как правило, в угловом доме близ храма». Внес свою лепту писатель и в создание так называемого «усадебного текста» русской литературы. Детские впечатления Достоевского от усадьбы Даровое нашли отражение в его поздних романах.

Вечером состоялась презентация III тома Полного собрания сочинений С. Л. Франка.

Второй день работы коллоквиума открыл доклад А. Г. Гачевой (д. филол. н., ИМЛИ РАН) «Диалог с будущим: о том, как Достоевский отвечает на толстовскую реформу христианства и чем его ответы могут помочь нам сегодняшним».

К участникам «полилога великих» о христианстве А. Г. Гачева отнесла Толстого, Достоевского, Вл. Соловьева и Н. Федорова. Важнейшей задачей становится выявления скрытых диалогических отношений между этими авторами. Так, тип «великого грешника», «усиленно сознающие» герои Достоевского во многом близки Толстому. Бесстрашие задавания последних вопросов было присуще Толстому — и Ивану Карамазову. Но у каждого из великих писателей свой образ Христа. Для Достоевского Христос — идеал нравственности и Богочеловек. Для Толстого — учитель и — только человек.

Междисциплинарным подходом отличался доклад Н. А. Вагановой (к. филос. н., ПСТГУ) «“Феномен религиозного обращения”… — или литературного? Литература и искусство в религиозном опыте русских философов». Н. А. Ваганова рассказала о «синдроме Стендаля» — психосоматическом расстройстве, возникающем под воздействием путешествий и произведений искусства.

По ее мнению, религиозное обращение некоторых русских философов произошло именно при «столкновении» с той или иной картиной, мелодией или пейзажем в незнакомой местности. Один из самых известных примеров — впечатление С. Н. Булгакова от «Сикстинской Мадонны» в Дрезденской галерее. Нередко такие моменты бывали описаны в произведениях самих философов. К некоторым эпизодам в этих произведениях можно приложить литературоведческий термин «экфрасис».

Однако в философском тексте экфрасисом является не только описание произведения искусства, но и введение текстового, литературного образа. Пример — использование С. Н. Булгаковым в «Свете невечернем» образа степи (в сравнении с повестью Чехова «Степь»). Экфрасис — «окно», «дверца, «рама», через которые можно попасть в новое пространство обращения.

Свой доклад «Богочеловеческая религия Ф.М. Достоевского» Ф. А. Гайда (д. ист. н., ПСТГУ) начал с малоизвестной цитаты из О. Шпенглера: «Христианству Достоевского принадлежит следующее тысячелетие». По Достоевскому, Бог не отделен от человека, христианство отталкивается от Боговоплощения. Слово стало плотью, и именно в этом смысле «человек есть тайна» для Достоевского, которую он «хочет разгадать». Самое важное в человеке и во Христе — личность (это слово в разных контекстах часто встречается в романах Достоевского). Личность торжествует в акте добровольного самопожертвования. Общество же должно заключаться в братстве любви, как государство — постепенно перерасти в Церковь.

Н. Н. Павлюченков (к. филос. н., ПСТГУ) выступил с докладом «Религия Толстого и Достоевского в оценках П. А. Флоренского». На рубеже веков Флоренский переживает увлечение толстовством, пишет Толстому письмо с вопросами о том, как жить в современном ему мире. Однако со временем Флоренский начинает относиться к Толстому критически. В Достоевском, напротив, долгие годы он видит «тип истинно-православной жизни», что было важно для отца Павла. Противопоставление Толстого Достоевскому можно встретить в цикле «У водоразделов мыслей».

К. М. Антонов (д. филос. н., ПСТГУ) сделал доклад «Русская философия и современная постметафизическая философия религии: к вопросу об актуальности русской религиозной мысли». Изучение русской религиозной философии как дисциплина, по мнению К. М. Антонова, переживает сейчас кризис. У этого кризиса 4 признака: 1) нет студентов, идущих заниматься русской философией, 2) журналов по истории русской философии практически нет (кроме «Соловьевских исследований»), 3) есть проблемы с изданием собраний сочинений и 4) публикации по теме в значительной степени идеологизированы и политизированы.

Выход из кризиса К. М. Антонов видит: 1) в деидеологизации и деполитизации, к которым может привести издание полных собраний сочинений философов, 2) в контекстуализации (деперсонализированный анализ) и 3) в компаративных исследованиях — привлечении западного контекста для изучения русской философии. Доклад спровоцировал бурное обсуждение среди участников коллоквиума.

Завершил работу коллоквиума доклад Т. Н. Резвых (к. филос. н., ПСТГУ) «С. Франк — исследователь творчества Ф. М. Достоевского». Т. Н. Резвых указала на ряд текстов Франка (в том числе неопубликованных) о Достоевском. О нем философ читал лекции в Берлинском университете. Обращение Франка к наследию великого писателя отчасти было связано с возросшей после Первой мировой войны популярностью Достоевского в Германии.

К 1930 г. было выпущено два собрания сочинений русского классика и множество отдельных изданий. Особую ценность Достоевского Франк видел в том, что его мировоззрение помогает возродить гуманизм в XX веке.

В последний день работы коллоквиума состоялся итоговый круглый стол, на котором участники высказывались по поднятым во время коллоквиума проблемам, связывая их с проблематикой присутствия Церкви в современной культуре, ее взаимодействия с обществом и молодежью.

Завершала программу экскурсия по музею-усадьбе Л. Н. Толстого.