1 /
В ПСТГУ прошел семинар по актуальным проблемам церковного искусства
PDF версия

21 октября 2021 года состоялся семинар, организованный факультетом церковных художеств ПСТГУ и посвященный проблемам церковного искусства в мейнстриме современных модернистских тенденций. Вопрос, который собрал на семинаре преподавателей ПСТГУ, профессиональных церковных художников, – «Как церковное искусство, двигаясь против светского художественного формализма, может сохранить свою идентичность и развивать собственную традицию?»

Не секрет, что после церковного возрождения 90-х годов ХХ века и последующего долгого пути осмысления наследия древних иконописцев, мастера церковных художеств столкнулись с современным художественным миром, требующим «актуальности» и «остроты». Более того, представители светского искусства считают произведения современных иконописцев продуктом копирования и тиража, не принадлежащим «настоящему» искусству. Участники семинара поставили перед собой задачу разобраться, должно ли современное церковное искусство быть новаторским и авторским, или строго каноническим? Что могут возразить церковные художники на обвинения в отсутствии творческого начала? На чем основывать поиск нового в церковном искусстве?

Старший преподаватель кафедры монументального искусства, член Московского Союза художников Светлана Викторовна Васютина видит в современном храмовом искусстве тенденцию следования за модернистским выражением художественного пространства. Об этом она рассказала в своем докладе. Она обратила внимание слушателей на то, что работа с образом в современных проектах монументальной росписи зачастую ведет к растворению образа в пространстве интерьера храма. Сама атмосфера таких проектов вовлекает зрителя в некую игру воображения, где на основе недосказанности изображений настенной росписи строятся его собственные молитвенные образы. Светлана Викторовна видит истоки этого явления в полустертых памятниках древнерусской монументальной живописи, которые сохраняются в руинированном виде.

Есть и противоположная тенденция в наше время постмодернизма, заметила она: «В XXI веке мы столкнулись с тем, что наше сознание определяет художественную плоскость как знак или клип. В среде церковных художников появилось направление формального решения композиции, без определения первообраза, композиции, имеющей рекламное прочтение, переходящей в знак». Светлана Викторовна поставила перед коллегами вопрос: можно ли результат такого подхода считать иконографическим произведением?

Заведующий кафедрой монументального искусства Игорь Юрьевич Самолыго в своем выступлении попытался объяснить, каким образом мир светского искусства пришел к отрицанию творческого начала в произведениях храмовых художников. При этом он заметил, что, в отличие от свободных в самовыражении светских монументалистов, церковные художники получают заказ от общества, где их работы востребованы. «То, что искусство должно быть современным, новым, шокирующим, мы слышим на протяжении всего последнего столетия, – рассказал он. – В XIX веке искусство призывало к красоте, гармонии, высоким чувствам, ему серьезно обучались. А в XX веке под влиянием идей материализма и рационализма искусство стало заниматься поиском «правды». Правдой оказалась война и нестроения в жестоком и деградирующем мире. Новое искусство стало такой мир разрушать, а наступающий модерн в этом только помог». После своего возрождения в конце XX века церковное искусство оказалось как бы «новым»: поэтому художнику, если он хочет быть современным и «острым» опять требуется разрушать. Уникальные произведения современной церковной живописи искусствоведами именуются копированием и даже тиражированием.

Игорь Юрьевич предложил противопоставить мнению светской прогрессивности высокий профессионализм церковно-художественных кадров: «Нужно идти от образования, чтобы студенты не создавали отдельные изображения, вырванные из контекста, но могли со своим творчеством вписаться в единый ансамбль». Он особо подчеркнул, что именно церковное искусство, обладающее разнообразными формами, выработанными веками и имеющее социальную востребованность, может развиваться в обществе: «Оно может стать мостом между прошлым и будущим и дать возможность понимать классическое искусство как воплощение божественной красоты и истины».

Екатерина Дмитриевна Шеко, заведующая кафедрой иконописи, показала участникам семинара проекты, представленные в этом году на экспертизу в Экспертный Совет по церковному искусству, архитектуре и реставрации, в которых видна спонтанная случайность решений, несовместимость архитектуры храма и архитектурных форм иконостаса. Некоторые из таких проектов разрушают сценографию литургического действия, влияя на канонический ход движения священнослужителей в алтаре и отвлекая внимание молящихся от содержания богослужения, вложенного всей предыдущей историей Церкви в его чинопоследование. Екатерина Дмитриевна еще раз отметила, что церковное благоукрашение – это синтез искусств, и студентов ФЦХ ПСТГУ надо учить тому, чтобы их произведения соответствовали архитектурным формам иконостаса, сохраняя целостность интерьера храма. Необдуманные новаторские решения, по ее мнению, могут привести к стихийным изменениям в богослужебной практике, что далее может вызвать необратимые искажения Православного вероучения в целом. В заключение доклада Екатерина Дмитриевна высказалась за создание базовой обучающей программы: «Мы должны архивировать наши знания, полученные из опыта восстановления традиции, сформулировать четкую концепцию обучения церковному искусству, прописать ее в методических пособиях для наших студентов».

Особую тему подняла доцент монументальной кафедры, член Московского союза художников Лариса Георгиевна Гачева. Ее доклад касался вопросов сохранения уже сложившихся произведений современных художников. «В нашем сообществе надо выделить памятники, которые надо сохранить и зафиксировать как произведения новой традиции церковного искусства, – сказала она. – «Во все времена приходили новые художники, что-то понимали по-новому, сочетали новое с уже существующим, мы знаем и барочные иконостасы на фоне живописи XII века. После перестройки людям стали отдавать руины храмов, разрушенных революцией, и приходилось создавать новые ансамбли», – Лариса привела в пример работу мастерских ФЦХ в храме Живоначальной Троицы в Вишняковском переулке, где интерьер в стиле классицизма вместил в себя традиционную живопись. Но, по ее наблюдению, сейчас сложилась странная ситуация: в храмах ХIХ в., в которых в 90-е годы XX века иконописцы-энтузиасты создавали росписи и иконостасы в древнерусском стиле, современные творческие коммерческие организации уничтожают то, что уже было сделано, желая вернуть аутентичную стилистику XIX века. Пресыщенные повторениями Дионисия и Рублева, чиновники от искусства разрушают росписи художников XX века, отличающиеся высоким художественным качеством.

Л. Г. Гачева пояснила: в 90-е годы XX века, после полной потери иконописной традиции, монахиня Иулиания Соколова чудом вернула нас к той концепции, которой мы сейчас обучаем в церковных школах. Ее работу, роспись Серапионовой палаты в Лавре, уже можно признать как произведение искусства ХХ-го века. Имена и работы ее последователей – И. В. Ватагиной, арх. Зенона, А. Лавданского – также относятся к традиции Русской Православной Церкви. «Сейчас, на новом этапе развития иконописи, необходимо сохранить их произведения как памятники, зафиксировать пройденный путь Церковного возрождения».

В заключение семинара протоиерей Александр Салтыков призвал церковных художников в первую очередь помнить о благочестии и молитве, размышляя о вопросах духовности иконописания. Он сказал: «Главное – духовный опыт. Об этом ни в каких кругах вопросы не ставятся, даже в нашем. Икона – окно в Вечность. И нам, чтобы быть художниками в Церкви, надо помнить и представлять себе эту Вечность».