Еп. Тихон с духовенством Нью-Йорка (иллюстрация из книги архим. Тихона Затекина)
1 /
Путь святого Тихона: к 125-летию начала американского периода в жизни Патриарха Тихона
PDF версия

Ровно год назад часть 97-й улицы на Манхэттене в Нью-Йорке была названа в честь святого Патриарха Тихона. St. Tikhon Way выделил часть улицы, где находится Свято-Николаевский собор, освященный святителем Тихоном в 1902 году. Освящение этого храма лишь небольшой эпизод относительно недолгого, но насыщенного служения святителя Тихона в Америке.

Епископ Тихон (Беллавин) прибыл в Нью-Йорк 125 лет назад, 30 ноября (12 декабря по нов. ст.) 1898 года. До этого он был епископом Люблинским, викарием Холмско-Варшавской епархии. В сентябре 1898 года его, одного из самых молодых епископов Русской Церкви (святителю было тогда 33 года), назначили быть главой Алеутской и Аляскинской епархии[1].

В Северной Америке святитель Тихон проведет почти восемь лет – с осени 1898 до весны 1907 года. Этот период его жизни очень подробно восстановлен санкт-петербургским исследователем священником Алексеем Поповым на основании архивных материалов, эпистолярного наследия святителя, его отчетов о работе Американской миссии, а также публикаций в «Американском православном вестнике» и других периодических изданиях:

  • Американский период жизни и деятельности святителя Тихона (Первые годы служения епископа Тихона в Соединенных Штатах Северной Америки): Материалы к житию святителя Тихона Московского. СПб., 2008.
  • Письма святителя Тихона: Американский период жизни и деятельности святителя Тихона Московского / Сост. А. В. Попов. СПб., Сатисъ, 2010.
  • Американский период жизни и деятельности святителя Тихона Московского 1898–1904 гг. / Сост. А. В. Попов. СПб.: Сатисъ, 2011.

Последнее из этих изданий представляет собой подробную летопись служения святителя Тихона – со всеми перемещениями по вверенной ему огромной епархии, служениями в разных храмах, описаниями встреч, текстами проповедей и речей по разным случаям[2].

Собранные отцом Алексеем документы показывают, что будущий Патриарх во вверенной ему епархии проявил себя как истинный пастырь, просветитель, как апостол Америки. Уже в начале его епископского служения проявились такие черты, как редкий такт, умение объединять и сплачивать различные общественные группы, брать всю ответственность за происходящее в епархии на себя, кротость, смирение и непритязательность в личной жизни.

Нью-Йорк занимал особое место в американском служении святителя Тихона. Именно здесь он впервые приветствовал свою американскую паству в 1898 году и здесь же с ней прощался в 1907 году. Свое слово при вступлении на кафедру святитель начал словами пророка Осии:

«…Волею Божиею призван и аз недостойный к апостольскому служению здесь, и вот отныне и я «не мой народ назову моим народом и невозлюбленную возлюбленною». Доселе мы были чужды друг другу и не видели один другого; отныне Самим Господом мы становимся в тесную связь, во взаимные отношения епископа к пастве и паствы к епископу. В святоотеческих писаниях отношения эти приравниваются к брачным, и епископ считается женихом, а паства – невестою его. И как муж любит жену свою до того, что оставляет отца своего и матерь и прилепляется к жене, сродняется и сживается с нею, так и епископ должен возлюбить свою паству; и как жена повинуется мужу, ибо он – глава ее и защитник, так и паства должна повиноваться своему епископу. Понимая так отношения епископа к пасомым и будучи обручен алеутской пастве, я покинул любезную родину, свою престарелую мать, близких и знаемых мне, милых сердцу моему и отправился в страну далекую к вам, людям мне неведомым, для того чтобы вы отныне стали моим народом и моими возлюбленными. Отныне свои помыслы, свои заботы направляю на вас и на ваше благо, отныне свои силы и дарования посвящаю на служение вам. С любовью прихожу к вам, братья, – прошу и меня принять с любовью. Моя любовь будет выражаться в заботах и попечениях о вас, в служении вам; а ваша любовь должна проявляться в послушании мне, в доверии ко мне и в содействии мне».

Впервые приветствуя свою паству, святитель попросил пастырей, давно трудящихся здесь и хорошо знающих страну и жителей, стать ему настоящими сотрудниками, «мужами совета и разума», а мирян – помнить, что Церковь Христова – это Тело, у которого много разных членов, и у каждого, в том числе у мирян, есть свое полезное служение.[3]

«Владея ключами Царства Божия»
1898 год, Нью-Йорк

1 (13) декабря 1898 года святитель Тихон впервые вошел в Нью-Йоркский Никольский храм – дом №323 по Второй авеню. Настоятелем в этом храме был священник Александр Хотовицкий, будущий священномученик[4]. После краткой литии по случаю благополучного окончания путешествия святитель Тихон сказал, что его самым сердечным молением в эту минуту является прошение молитвы Господней «Да приидет царствие Твое!»:

«Что может быть лучшим венцом и более вожделенною целью миссионерской деятельности вообще, как не это благое проявление милости Божией – водворение царства Божия?.. И Господь уже не в малой мере явил эту Свою великую милость в Америке. Царствие Божие здесь уже пришло: постепенно крепнет и развивается созидание здесь православного дела, постепенно укореняются в заброшенных сюда членах Церкви добрые чувства.

И среда, в коей ныне нам довело Провидение проводить дни свои и делание свое, не неблагоприятна для нашей высокой цели: американцы слывут народом религиозным; Америка – страной веротерпимости; сюда еще первые пионеры Америки стремились укрыть свое сокровище – отстаиваемые ими религиозные убеждения, за которые их гнали в Старом Свете; сюда и ныне бегут угнетенные в старом крае ярмом полного подчинения папе и Риму наши же братья по крови и духу... Да приидет Царствие Божие! Да водворится оно и в наших сердцах: пусть внутренние силы нашего духа идут навстречу милости Божией»[5]

Святитель Тихон сразу показал, что понимает многообразие своей новой паствы и ее отличие от российской. На приветствие архимандрита Рафаила (Ававини)[6], приехавшего в Америку тремя годами раньше для окормления православных сиро-арабов, епископ Тихон сказал, что для него дороги все члены его православной паствы, что он будет в равной мере благожелателен ко всем православным, к какой бы национальности они ни принадлежали:

«Православие кафолично; если в России и не испытывается, так сказать, эта кафоличность православия, так как там все православные – русские, то здесь, вне пределов России, где под кров православного храма одинаково рвется и русский, и грек, и араб, и другие, понятие кафоличности православия для нас вполне осязательно»[7].

В тот же день – 1/13 декабря 1898 года – святитель Тихон познакомился с православными приходами Нью-Йорка[8], а вечером совершил в Никольском храме всенощное бдение. 2/14 декабря в том же храме святитель Тихон за Литургией совершил первую хиротонию на американской земле – он рукоположил псаломщика Владимира Кальнева во диакона. Для Никольского храма это была особая радость – первая архиерейская служба с диаконом, до этого в храме диакона не было и даже архиерейские службы проходили без него. В проповеди на этой службе святитель сказал поучение на евангельскую тему: 

«Спаситель укоряет фарисеев за то, что, имея ключи царствия Божия, они и сами не входят в него и другим возбраняют. Пользующийся знанием истины не только сам должен пользоваться ею, но и другим сообщать ее. Это особенно следует помнить нам, православным, и именно живущим среди иностранцев, заблуждающих от истины. Мы, русские люди, чужды хвастовства некоторых иностранцев, но при этом мы иногда как будто скрываем и то, что у нас есть хорошего. Это недостаток. Избегая хвастовства, мы, однако, не должны забывать, что мы владеем истиной, владеем ключами Царствия Божия. А постоянно памятуя это, мы не должны скрывать этой истины от окружающих нас инославных и иноверных людей, а напротив, должны стараться как можно выше держать знамя своей веры, чтобы нам не подпасть под суд Господень над фарисеями, но чтобы просветился свет наш пред человеки и они, видя наши добрые дела, прославляли Господа. Я вижу, что вы усердны к храму Божию и молитве, слышу, что вы живете хорошо, знаю, что радеете о своем храме и тщитесь устроить новый, более чем сей обширный и благолепный, достойный нашего высокого исповедания, и заключаю отсюда, что дух веры живет в вас, что огнь ревности по Бозе не чужд вам. Не угашайте же в себе этого духа, поддерживайте в себе этот огонь»[9].

Вечером того же дня, после общения с посетителями и совершения всенощной, святитель на третий день своего пребывания в Америке отбыл для обозрения своей епархии.

«С новым счастьем»
1899 год, Нью-Йорк

В Нью-Йорк святитель Тихон вернулся в конце весны – 19/31 мая 1899 года. Его встретили российский генеральный консул и причты двух православных приходов Нью-Йорка – русского и сиро-арабского. За общим чаепитием в доме причта при Никольском храме святитель поделился впечатлениями от поездки. Общение время от времени прерывалось звонками новых посетителей, не успевших осенью представиться Преосвященному до его отъезда[10].

На другой день по возвращении – 20 мая / 1 июня – святитель Тихон приступил к делу, которое осталось еще от предыдущего главы епархии владыки Николая (Зиорова) – выбору городского участка для покупки и постройки на нем нового большого православного храма. В отношении на имя обер-прокурора в сентябре того же года святитель Тихон напишет, что, поскольку епархия была ограничена в средствах, поиск места не шел в «лучших, аристократических, центральных кварталах», где земля стоила слишком дорого. После осмотра множества мест выбор остановился на участке 97-ой улицы, «как подходящем по цене и удобствам», место было куплено специально созданной при епархии строительною комиссией за 36 тысяч долларов.

Среди ежедневных служб владыки «Американский православный вестник» особенно отметил воскресную Литургию 23 мая / 4 июня в Неделю о слепом:

«Преосвященному, по-видимому, не приходилось еще никогда совершать Литургию при такой жаре. Было 107 градусов по Фаренгейту [40°Ц] в тени, и надо было удивляться той стойкости, с какою поглощенные интересом к никогда не виденной ранее архиерейской службе инославные посетители терпеливо до конца службы переносили и жару, и непривычное стоянье, нисколько не утомляясь непонятностью как самого языка богослужебного, так и всего происходившего, высказывая затем восторженные впечатления».[11]

Автор этой заметки отметил, что епископ Тихон очень напоминает своего предшественника на кафедре – та же плавность речи и отсутствие поправок, образность выражений, непринужденность и назидательность.

Через неделю пребывания в Нью-Йорке 26 мая / 7 июня после Литургии и панихиды по рабу Божьему Александру (Александру Сергеевичу Пушкину) святитель Тихон вновь отбыл из Нью-Йорка для дальнейшего обозрения епархии и вернулся сюда уже в конце года, ранним утром 21 декабря (2 января 1900 г. по нов. ст.).

В описании «Американским православным вестником» нью-йоркских рождественских служб выделяется упоминание о таинстве хиротонии, которую святитель Тихон совершил 25 декабря на Литургии в старом Никольском храме («в этой церкви праздничное богослужение редко усугублялось таинством рукоположения»). По идущей со времени императора Александра I традиции после рождественской Литургии святитель Тихон отслужил благодарственный молебен по случаю избавления Церкви и державы от нашествия галлов (в честь победы над Наполеоном в 1812 году). На второй день Рождества в архиерейских покоях был праздник в честь Богомладенца Христа для причта Никольского храма и их домочадцев.

Дни между Рождеством и Новым годом епископ Тихон посвятил архипастырским визитам и решению текущих дел Нью-Йоркского благочиния. Поскольку на всенощном бдении 31 декабря 1899 года / 12 января 1900 года было много богомольцев, которые не могли быть на первой Литургии 1900 года ввиду рабочего понедельника, епископ Тихон поздравил их заранее с новым годом. В своем новогоднем приветствии он указал, какие чувства должен переживать христианин в эти дни, какие благожелания он должен соединять с обычным приветом «С новым счастьем», и, наконец, при каких условиях этот привет в его истинном смысле может найти осуществление в нашей жизни[12].

1899 год святитель Тихон завершил в кругу домашних «в задушевной беседе и воспоминаниях о далекой родине, о родных, оставшихся по другую сторону океана, причем молитвенно были воспомянуты и все почившие отцы, и братья, и все трудники миссии – за все время ее существования и на всем ее огромном протяжении»[13].

«Полагать свою лепту в созидание Божьего дела»
1900 год, Нью-Йорк

В этом году святитель Тихон пробыл со своей нью-йоркской паствой недолго – до праздника Крещения.

2/14 января святитель Тихон после Литургии посетил собрание Братства Рождества Пресвятой Богородицы и в приветственном слове отметил, что только сохранение подлинного братства может сделать православную миссию успешной:

«Каждый член миссии, каждое братство должны полагать свою лепту в созидание здесь, в чужой стране, Божьего дела. Достигается это прежде всего внутренним местным благоустроением, а затем распространением деятельности на более широкие поприща. В нашем приходе, нашему братству сами обстоятельства здешней церковной жизни подсказывают характер потребной работы: таково устроение храма, расширение количества членов, помощь несчастным, больным и прочее. Наша малая дружина должна проникнуться сознанием тех своих обязанностей, какие обозначены в ее наименовании, – «православное братство». Это необходимо для того, чтобы вся последующая деятельность отличалась характером деятельности, освящаемой Богом и благословляемой Церковью»[14].

В сочельник 6/18 января православные нью-йоркцы впервые в жизни с архиереем ходили на Иордань. «Американский православный вестник» отметил торжественность чина, привлекшего много народа, «в том числе немало и американских “зевак”. Было пять священников, один диакон и восемь наших матросов-певчих из Филадельфии (где строятся суда), которые от всей души и от всего горла оглашали пением улицы Нью-Йоркские»[15].

Сразу после службы святитель Тихон вновь отправился в очередное путешествие по епархии.

«Благословено и знаменано буди место сие в дом молитвенный»
1901 год, Нью-Йорк

Новая епархиальная поездка заняла больше года. В Нью-Йорк святитель Тихон вернулся 7/30 апреля уже следующего, 1901 года.

Среди проповедей святителя в пасхальный период 1901 года выделяется слово в Неделю о расслабленном, сказанное в старом Никольском храме 22 апреля / 5 мая. Святитель отметил, что, слыша о чуде у Овчей купели, многие готовы воскликнуть: «Счастливое время!» и пожелать оказаться у этой чудесной купели, дающей исцеление и здоровье:

«Но говорящие так не подобны ли людям, устремляющим взоры свои к блеснувшему где-то вдали предмету и не видящим лежащей у самих их рук драгоценной жемчужины? Эта купель исцеляющая, воздвигающая, воскрешающая – пред всеми нами: это – Церковь, богатая дарами благодати, немощная врачующей, оскудевающая восполняющей... Не надо ожидать тут годами возмущения воды, вселяющего в купель силу исцеления: она пред нами всегда, всегда готова принять и омыть нас! Не надо проходить тысячи-тысячи миль, чтобы очутиться в числе несчастных калек, ожидавших своей очереди, – ибо где не найдете вы этой церковной купели?

Куда проповедь христианская и любовь благотворителей не занесла следов своих в виде православных храмов, то величественных, как на родине нашей, в России, то убогих, как здесь, но всегда и везде благодатно пользующих прибегающих к ним и везде обильно точащих исцеления?.. И врачуется в этой неизмеримо высшей и благодетельнейшей врачебнице не тело одно с его недугами и слабостью, не одни телесные пороки, а духовная немощь, духовные страсти, что гораздо важнее для вечного блага нашего...

В церковь должно стекаться «множество» нас – с тою верою, какая побуждала расслабленного целые годы лежать в притворе Вифезды в терпеливом искании дружеской руки, которая бы вовремя погрузила его в возмущенную ангелом воду!»[16].

Сразу после этой воскресной Литургии владыка отправился в Филадельфию и вернулся в Нью-Йорк в начале мая для закладки нового Никольского собора – самого значимого церковного события для Американской миссии в 1901 году. Под праздник святителя Николая владыка Тихон совершил всенощное бдение, а 9 / 22 мая праздничную Литургию в старом Никольском храме. Служили рано утром, так как чинопоследование «при основании церкве и водружении креста» было назначено на 11 часов утра.

Площадь, где должно было начаться строительство собора, была украшена гирляндами и флагами России и Америки. Здесь же были установлены покровы от дождя, который лил как из ведра в течение двух месяцев, но милостью Божией величественная и, как отмечали современники, умилительная церемония закладки не была омрачена непогодой.

После закладки краеугольного камня и чтения молитв отец Александр Хотовицкий прочел сделанную на славянском и английском языках надпись на памятной серебряной доске, прикрепленной к верхней плите краеугольного камня:

«Во имя Отца и Сына и Святого Духа! Основася сия церковь в честь и память святителя Николая Чудотворца при державе Благочестивейшего Самодержавнейшего Великого Государя Императора Николая Александровича всея России, при Президенте Соединенных Штатов Вильяме Маккинли, при святительстве же Преосвященнейшего Тихона, епископа Алеутского и Северо-Американского, в лето от сотворения мира 7409, от Рождества же по плоти Бога Слова 1901-е».

Внутрь в отверстие камня опустили несколько русских и американских монет, вложили туда совершаемое чинопоследование и имена священнослужителей-участников, после чего святитель Тихон залил отверстие цементом. После заключительных молитв раздалось мощное многолетие, возглашенное диаконом и подхваченное всеми присутствующими. «Вестник» отмечает, что необычайный подъем духа был заметен у всех присутствующих: «Поистине совершилось нечто всем одинаково близкое, сроднившее на эти мгновения всех воедино: сердечно протягивались руки незнакомых почти людей, срывались с губ радостные восклицания»[17].

«До сих пор мы имели в Нью-Йорке как бы только скинию» 
 1902 год, Нью-Йорк

Новый Никольский храм в мегаполисе построили достаточно быстро – святитель Тихон его освятил уже 10 / 23 ноября 1902 года. Храм был построен в русском стиле и был очень красив, чтобы «не затеряться даже в таком Вавилоне, каким был в эту пору Нью-Йорк, воздвигающий чуть не 40-этажные дома, многомиллионные дворцы и прочее»[18].

В день освящения площадь у нового храма с утра заполнилась каретами, богомольцами, членами русских и сербских братств из Нью-Йорка, Пассайка и Юнкерса, прибывшими со знаменами и в своих парадных формах. Храм был рассчитан на 900 человек, но в тот день вместил около двух тысяч, и свыше тысячи людей стояли на улице вокруг собора. На солее слева расположились члены русского посольства, почетные прихожане и семейства причта. Внутри алтаря, в правой придельной его части, заняли места приглашенные представители инославного духовенства.

Чтобы собравшимся удобно было следить за порядком службы и его важнейшими моментами, всем были розданы заранее напечатанные программы. «Американский православный вестник» отмечает, что три часа службы прошли величественно, спокойно и тихо, все собравшиеся внимательно следили за ходом богослужения. Чтобы более активно вовлечь американцев в происходящее, некоторые ектеньи и возгласы произносились на английском языке.

В своей речи при освящении храма святитель Тихон сказал, что для православных американцев этот день так же радостен, как был радостен для Израиля день, когда вместо скинии при царе Соломоне был создан храм Господень:

«И подлинно, до сих пор мы имели в Нью-Йорке как бы только скинию. Как скиния переносилась из одного города в другой, так и мы переходили со своим храмом здесь с одного места на другое. И как Давид некогда смущался тем, что он живет в доме кедровом, а ковчег Божий находится под шатром (2 Цар. 7:2), так и мы многократно сетовали на то, что храм наш и беден, и тесен, и неудобен.

Ныне положен конец таким сетованиям и услышаны Господом сердечные воздыхания наши о том, чтобы в великом граде сем был воздвигнут храм, достойный русского народа и соответствующий величию православной веры! Правда, по своим богатствам наш новый храм уступает многим храмам великой Земли Русской, но зато он, как и Соломонов храм, имеет миссионерское значение: уповаем, что о нем услышат и инославные, и придут в него, и помолятся здесь, и возденут руки свои к Богу нашему!»

Святитель призвал к благодарности Богу, помогшему воздвигнуть этот величественный каменный храм, но сказал, что главное дело для христиан – самим становиться живыми камнями, созидать такую же твердую, как этот новый храм, церковную общину:

«До сих пор, пока у вас не было настоящего храма, пока было лишь временное помещение для него, и другим казалось, и вам думалось иногда, что, быть может, и все дело Православной Церкви здесь лишь временное.

Ныне с устроением постоянного храма опасения эти рассеиваются. «Созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют ей» (Мф. 16:18), и «се Аз с вами есмь до скончания века. Аминь» (Мф. 28:20). Верим и уповаем, что эти обетования Христовы касаются и нашего дела здесь, и посему приступайте ко храму сему без опасения, с дерзновением, соберитесь возле него, составьте одну дружную семью, союзом веры и любви связуеми. Вы знаете, что у нас в России храм и приход тесно связаны между собою. Пусть будет так и у вас. Любите свой храм и чаще посещайте его.

Русские люди издавна слывут за набожных и за любителей святых Божиих церквей: храмами стоит и красуется святая Русь. К сожалению, иные русские, попав за границу, по малодушию стыдятся сохранять здесь добрые обычаи своей родной веры и отречением от оных думают снискать себе уважение иностранцев. Горькое и печальное заблуждение: отступников никто не уважает! Не говоря уже о том, что Господь наш изрек о таковых: «кто постыдится Меня и Моих слов в роде сем прелюбодейном и грешном, того постыдится и Сын Человеческий, когда приидет во славе Отца Своего со святыми ангелами» (Мк. 8:38). Вы же не тако: в православной вере стойте, родные предания держите и храм Божий любите.

Объединяясь около храма, вы и из самих себя «созидайте храм духовен» (1 Петр. 2:5), чтобы самих себя, свою душу, свою жизнь посвящать на служение Богу. Не забывайте, что как храм ваш, так и вся ваша церковная община имеет миссионерское значение; вы род избранный, люди, взятые в удел, дабы возвещать окружающим вас инославным чудный свет Православия (см.: 1 Петр. 2:9)[19]

В конце слова святитель Тихон передал благословение из России: «Святейший Синод призывает благословение Божие на всю собравшуюся при освящении паству!»

После Литургии в покоях епископа Тихона состоялся прием, устроенный по форме обычных американских reception. Каждый из гостей представлялся его Преосвященству, спешил выразить свои восторги по поводу виденного и слышанного и уступал место другим, пожимая на ходу руки знакомым и проходя в другое помещение, где подавали чай, шоколад, тартинки и прочее. В течение часа сменилось несколько сот гостей, так что к 14 часам осталось только около 100 человек, приглашенных святителем на праздничный обед[20].

На другой день по освящении храма начался устроенный святителем Тихоном Съезд духовенства в Штатах. В течение двух дней – 11–12 / 24–25 ноября – Съезд обсудил вопросы учреждения викариатств, перенесения архиерейской кафедры в Нью-Йорк, открытия духовной семинарии, создании Американского подворья в Санкт-Петербурге, учреждения «братской кассы» для духовенства епархии и многие другие вопросы[21].

Никольский собор
1903 год, Нью-Йорк

По-прежнему часто покидая Нью-Йорк для служения в разных частях своей обширной епархии, святитель Тихон постоянно возвращался на устроенное при новом Никольском храме Архиерейское подворье (основная кафедра находилась в Сан-Франциско). Здесь он провел первую и последнюю седмицы Великого поста 1903 года[22], здесь 27 апреля / 10 мая в Неделю о расслабленном служил вместе с духовенством, собравшимся на V Конвенцию православного общества взаимопомощи. На Литургии в этот день святитель Тихон сказал об обязанности христиан помогать больным и нуждающимся.

В этом же новом Никольском храме святитель Тихон совершил всенощное бдение под праздник Вознесения. На другой день после ранней Литургии он уехал в Россию в отпуск до января 1904 года. «Американский православный вестник» отмечает, что накануне отъезда святитель долго и задушевно прощался с паствой – в храме после службы и потом за общей трапезой. Задушевность и сердечность в общении с паствой – очень характерная черта служения святителя Тихона во всех порученных ему епархиях.

В декабре 1903 года указом Святейшего Синода новый русский православный храм в Нью-Йорке стал именоваться собором (синодальное определение от 12 декабря ст. ст. 1903 г.)[23].

«Нам дорог каждый свежий луч света, каждый новый деятель»
1904 год, Нью-Йорк

12/25 января 1904 года американская паства радостно встречала своего епископа, вернувшегося из поездки в Россию – в Нью-Йорке собралось многочисленное духовенство из ближайших городов и приходов. «Вестник» отмечает, что продолжительная разлука не ослабила, а лишь более укрепила «чувство крепкой нерушимой духовной связи» пастыря и его сотрудников – духовенства епархии. Знаком любви и радости в связи с возвращением владыки стала поднесенная ему панагия. Приняв ее, святитель Тихон сказал:

«Ваш подарок – священная панагия – весьма для меня дорог. Даже видимым образом он приближает к моему сердцу памятование о вас, подносителях, ибо возлагается на груди, близко сердца. Молитва о сердце чистом возглашается при ее возложении. И могу вас уверить: вы «не тесно вмещаетесь в сердце моем» (см.: 2 Кор. 6:12).

Примите привет от родины, которая нам всем мила, которая нас вдохновляет на наши труды. Когда-то Илья Муромец у родной земли силушку насиживал, и теперь народ землей раны лечит. И мы силы набираемся от земли родной – русской, и не физической только силы, а и духовной. Помогает нам она и примером благочестия, и памятованием о нас, деятельной поддержкой врачуя нужды наши. Не забыло скромного посильного дела миссии нашей Высшее священноначалие, сердечно отзывавшееся всегда на запросы нашей местной церкви. Горячо пекутся о нас и приставленные к кормилу церковному радетели православия, и простой народ, знакомясь с нуждой нашей церкви здесь, всегда охотно давал посильную лепту... А в последний момент, уже пред самим выездом из пределов России, я имел великое счастье лично от Государя выслушать его доброе ласковое слово и благожелание нашей миссии[24] и еще раз убедился, как близко к своему сердцу принимает первый сын Православной Церкви преуспеяние ее на всем земном шаре.

Как нагляднейший знак участия к нашим нуждам и потребностям я привез вам радостную весть об учреждении викариатства в этой епархии. Так, отцы и братья, добросовестным прохождением своего долга и далее мы должны оправдать это внимание и доверие нашей родины и ее Державного вождя!..»[25].

31 января / 13 февраля 1904 года, в субботу мясопустной седмицы, святитель Тихон служил в Никольском соборе молебен о ниспослании победы русскому воинству в начавшейся войне с Японией. Американская паства активно включилась в сбор средств для помощи Отечеству, центром сбора в Нью-Йорке стал новый Никольский храм. Пример личного участия в сборе показал сам святитель Тихон, который «в минуту, когда раздалась здесь первая весть о коварной атаке японцев, дал 500 рублей»[26], вдохновив этим поступком свое духовенство и мирян.

В конце февраля в Нью-Йорк прибыл Аляскинский епископ Иннокентий (Пустынский)[27], по предложению святителя Тихона ставший первым викарием Северо-Американской епархии. В приветствии епископу Иннокетию святитель Тихон сказал:

«В настоящие часы, когда горизонт взаимных отношений России и Америки стали заволакивать тучи недоразумений, а часто и недоброжелательства, нам дорог каждый свежий луч света, способный разогнать эту тягостную мглу, каждый новый деятель, способный и призванный сеять свет и мир в сей взволнованной стране полнотой своей любви к истине, к родине и святому христианскому делу. Как служитель Церкви нашей, православной, воодушевляющей своих чад заветами мира, во имя коего мечи расковываются на серпы и копья на орала, владыка викарий явится таким образом многополезнейшим трудником на пользу нашей веры, Церкви и родины»[28]

Из важнейших событий, связанных с пребыванием святителя Тихона в Нью-Йорке в 1904 году, – наречение 28 февраля / 12 марта архимандрита Рафаила (Ававини) во епископа Бруклинского, ставшего вторым викарием Алеутской и Северо-Американской епархии. Когда новопоставленному епископу Рафаилу был вручен архиерейский жезл, он, руководитель общины православных арабов в Америке, на арабском языке поблагодарил Святейший Синод и владык Тихона и Иннокентия за милость к нему. С этого времени американская паства время от времени становилась свидетелем служб, которые совершали сразу три архиерея – событие, до этого небывалое в этой стране.

Часть 1904 года прошла в трудах по устроению иконостаса для Никольского собора. 10/23 октября во время освящения нового иконостаса святитель Тихон в обращении к прихожанам по обычаю ясно, отчетливо и доступно разъяснил значение иконостаса в жизни храма и подробно рассказал, как в иконописи, открывшейся теперь взорам богомольцев, начертана вся история домостроительства нашего спасения и какие уроки каждый верующий может почерпнуть в образах святых, изображенных на иконостасе. «Вестник» отмечает, что на этих службах было множество малороссов – православных выходцев из Австрии, в связи с чем традиционное поучение на Литургии было сказано по-малороссийски.

«Будем молить Господа, дабы Он сохранил для России царя самодержавного»
1905 год, Нью-Йорк

6/13 мая 1905 года американская паства узнала о возведении ее пастыря в сан архиепископа: «Это внимание, оказанное Высшим священноначалием Российской Церкви Высокопреосвященнейшему Тихону, в воздаяние его святительских и апостольских трудов в сем чужом крае, является для всей нашей епархии источником высочайшего духовного утешения; паства хвалится, и славится о своем архипастыре, и молит Бога, да подаст Он еще новые и новые благоговоления нашему возлюбленному святителю»[29].

12/25 мая из России пришло еще одно радостное для нью-йоркцев известие – император утвердил перенос архиерейской кафедры в Америке и состоящего при ней духовного правления из Сан-Франциско в Нью-Йорк[30]. Через два дня после этого, на службе в память священного коронования императора, святитель Тихон произнес речь, посвященную значению самодержавной царской власти, в частности, отметив:

«Нам, живущим вдали от родины, в земле чуждей, среди людей, мало, а то и совсем не знающих нашей страны и ее установлений, весьма часто приходится слышать нарекание, осуждение и осмеяние родных и дорогих нам учреждений. Такому нападению особенно подвергается самодержавие, одна из основ русского государства. Многим оно здесь представляется каким-то «пугалом», восточным деспотизмом, тираниею, азиатчиною, ему приписываются все неудачи, недочеты и нестроения Русской Земли: Россия-де всегда будет колоссом на глиняных ногах, пока не заведет у себя западной конституции, правового порядка, учредительного собрания. С голоса таких порицателей и доморощенные политики стали последнее время кричать в России: «Долой самодержавие».

Мы не можем разубедить всех тех, которые желают обольщаться, у которых очи не видят и уши не слышат; но на нас, живущих за границею и из этого далека любящих родную землю, лежит особый долг просветить, ознакомить здешних честных мыслителей с тем, что такое на самом деле самодержавие в России. Кстати, знаменитому нашему проповеднику преосвященному Амвросию Харьковскому был сделан упрек, что мы, духовные, сегодня хвалим самодержавие, а при изменившемся сверху режиме также будем славословить и конституционного государя, как и самодержавного[31]. Неправда. Мы учим и будем учить о подчинении всякой власти (даже и республиканской, народной), ибо власть от Бога; но мы не обинуясь утверждаем, что самодержавие наиболее отвечает идее верховной власти и строю русского государства, связанному с духовными, бытовыми, племенными, географическими и другими условиями. <…>

Мы же, братья, будем молить Господа, дабы Он и на далее сохранил для России царя самодержавного и даровал ему разум и силу судить людей в правде и державу Российскую в тишине и без печали сохранити»[32]

В начале июня этого же года в Нью-Йорке был открыт «Russian St. Nicholas Ноmе» – русский дом, который должен был оказывать помощь множеству православных эмигрантов из Российской империи, не знавших законов, порядков, обычаев и языка Нового Света.

В августе-сентябре 1905 года состоялся официальный переезд святителя Тихона из Сан-Франциско в Нью-Йорк.

Осенью в Никольском кафедральном соборе прошла не совсем обычная служба: 22 октября / 4 ноября святитель Тихон и епископ Рафаил в сослужении множества духовенства из окрестных городов совершили Литургию, на которой присутствовали свыше 20 епископальных священников. Они стояли у солеи, откуда могли удобно следить за службой и видеть все моменты богослужения. Для многих из них это было уже не первое православное богослужение – они понимали происходящее и молитвенно в нем участвовали, «в главные моменты преклоняя с благоговением колена и главы пред алтарем Господним»[33]. После службы настоятель собора отец Александр приветствовал «священнослужителей дружественной западной церковной ветви и высказал пожелание, чтобы Господь призрел на воздыхания верных рабов Своих и объединил всех истинных учеников Христовых в невечернем дни Царствия Своего». После службы святитель Тихон пообщался с этими священниками, и каждый из них перед уходом взял благословение у архиепископа Тихона и епископа Рафаила[34].

«Не вотще ли была благодать Божия…»
1906 год, Нью-Йорк

Американское служение святителя Тихона подходило к концу. «Американский православный вестник» особенно выделяет несколько праздничных служб 1906 года.

26 февраля / 11 марта в Никольском соборе при участии святителя Тихона торжественно отметили 10-летие священства настоятеля, протоиерея Александра Хотовицкого. Поздравляя его, святитель Тихон сказал:

«Ныне исполнилось десятилетие со дня восприятия тобою благодати священства. В жизни каждого человека бывают важные дни и события, и, конечно, таким для священника является день его посвящения. Воистину, это великие, важные и священные минуты! Хочется наслаждаться, упиваться ими как можно дольше, хочется растянуть их на целую жизнь! Мысль и сердце невольно к ним тяготеют и после. Но особенно памятны они бывают в годовщины их. Вот и ты ныне справляешь десятую годовщину. Знаю, что хотел ты пережить свои воспоминания в уединении, в душевной сосредоточенности, чуждался празднества сегодняшнего, бегал его. Однако и оно имеет свою законную и добрую сторону.

Когда ты воспоминаешь в годовщину свое посвящение во иерея Божия, то невольно задаешься мыслию о том, как ты употребил данный тебе от Бога талант, не вотще ли была благодать Божия в тебе, как далеко ушел ты по пути нравственного совершенствования. Ты при этом производишь сам себе суд, но тут ты являешься сам и судьею, и судимым. А для правильности суда требуется выслушать голоса людей посторонних, свидетелей. Вот они и выступают пред тобою: прислушайся же к их голосу! Благодарение Господу! Сейчас мы выслушали пространное и воодушевленное свидетельство их в похвалу тебе. Со своей стороны, как начальник твой, могу свидетельствовать, что ты оправдал доверие и чаяния, которые возлагались на тебя при твоем посвящении»[35].

Одной из самых торжественных служб в истории американской миссии стало служение 9/22 мая 1906 года в день памяти святителя Николая Чудотворца, покровителя кафедрального храма, трех святителей епархии – архиепископа Тихона и епископов Иннокентия и Рафаила. В этот же день вспоминалось 5-летие закладки Никольского собора.

Накануне праздника Воздвижения Креста Господня 13/26 сентября в соборе впервые был совершен умилительный чин воздвижения Креста – со всей торжественностью, при благолепном пении «Господи, помилуй»[36].

«Се, аз и дети, яже дал ми»
1907 год, Нью-Йорк

25 января / 7 февраля 1907 года вышел Императорский указ о назначении Преосвященного Тихона, архиепископа Алеутского и Северо-Американского на древнюю Ярославскую кафедру[37]. Свой отъезд святителю Тихону пришлось отложить, так как 20 февраля / 5 марта ожидалось крупнейшее событие в жизни Североамериканской епархии – открытие первого Всеамериканского церковного собора. Только после успешного завершения работы собора святитель Тихон начал прощаться со ставшей ему родной американской паствой.

Отъезд владыки был назначен на вторую неделю Великого поста, но торжественное прощание нью-йоркской паствы со святителем состоялось в кафедральном соборе в Прощеное воскресенье 4/17 марта. Святителю сослужили множество священников, включая настоятеля собора отца Александра Хотовицкого и духовника владыки, маститого старца архимандрита Феоклита. В своем слове от лица всех собравшихся отец Александр кратко и просто описал «высокую и благородную душу архипастыря, его ревность о православном деле в Америке и особенное попечение о Нью-Йоркском приходе, привязавшее к нему сердца прихожан связью крепкою, неразрывною, неумирающею». Прихожане, слушая это и понимая, что вряд ли кого-либо увидят своего святителя, плакали, а в конце слова всем приходом по обычаю положили земной поклон перед владыкой.

Когда представители трех братств Нью-Йоркского прихода – два мужских Рождества Пресвятой Богородицы и Ивана Наумовича, и сестричного Благовещенского Союза – поднесли на память владыке подарок (бювар) и свои прощальные послания, святитель Тихон сказал:

«Благодарю вас, возлюбленные братия и сестры, за добрые чувства, сейчас вами высказанные. Душевно радуюсь тому, что братства ваши во время моего святительствования здесь возросли и укрепились, но причина сего не в моих трудах, а в вашем усердии и ревности. Господь да поможет дальнейшему процветанию ваших братств.

Вы, братие, пожелали проститься со мною в сегодняшнее воскресенье. Оно называется «прощальным», ибо есть добрый обычай испрашивать пред наступлением поста друг у друга прощения в содеянных прегрешениях. А у меня к тому есть и особое побуждение ввиду близкого моего расставания с вами. И хотя я лично, быть может, никого из вас и не обидел, но считаю долгом своим испросить у вас прощения, как ваш бывший Архипастырь.

Что такое Архипастырь? Не учитель только, хотя бы и высший, в предметах веры и благочестия, не совершитель только торжественных богослужений; не судия только в делах церковных и не начальник духовного сословия, – все это так, но существо дела этим не исчерпывается. Архиерей есть высший руководитель паствы на всем пути духовной жизни, наблюдатель общественной нравственности, хранитель и защитник высших духовных потребностей и пользы народа, предстатель за его душу и совесть пред Богом и людьми на небе и на земле. Он должен нести то служение, на тяжесть которого жаловался некогда Богу Моисей, говоря: «Зачем Ты мучишь раба Твоего? Зачем Ты возложил на меня бремя всего народа? Разве я носил во чреве народ сей, и разве я родил его, что Ты говоришь мне: неси его на руках твоих, как нянька носит ребенка» (Числ. 11:11–12).

Архипастырь должен быть именно отцом, а паства детьми его. И если обратить внимание на эту сторону дела, то, расставаясь с вами после 8-летнего совместного пребывания, могу ли дерзнуть сказать Господу: «се, аз и дети, яже дал ми» (Ис. 8:18). Боюсь звать вас на суд и говорить вам: приидите, истяжемся, а напротив молю вас: не внидите в суд с рабом вашим. Ибо можно быть красноречивым учителем, можно благолепно совершать богослужение, можно быть хорошим администратором, но все это еще далеко от того идеала, каковой начертан для епископа. Вот святой апостол Павел свидетельствует о себе, что он был всем вся, что он с изнемогающими изнемогал, имел попечение о всех церквах, ежедневно за них умирал. А я как далек от сего! Сам сознаю это и посему не без смущения ухожу от вас, ибо уподобляюсь тому евангельскому сыну, который сказал отцу своему, что он пойдет работать в винограднике, а сам не пошел (Мф. 21:30). Так и я обещал носить вас выну в сердце своем и, однако, не всегда носил.

Простите же мне, братие, сие нерадение и забвение мое, и да простит и вас Господь, если в чем погрешили против меня!»

Последнюю Литургию на американской земле святитель совершил в Никольском кафедральном соборе 11/24 марта 1907 года, в неделю Торжества Православия. В прощальной беседе после Литургии он подвел итог своему служению в Америке, как и в первый год своего служения призвав не только духовенство, но и мирян к созиданию единого тела Церкви и содействию торжества Православия в Америке:

«Нынешнее воскресенье именуется Неделею Православия или Торжеством Православия, ибо в настоящий день святая Церковь торжественно воспоминает победу свою над иконоборчеством и другими ересями. И это торжество Православия было не только тысячу лет тому назад – нет: по милости Божией Церковь и доныне то там, то здесь одерживает победу и торжествует над врагами. Много их у нее. Недаром Церковь уподобляется кораблю, плавающему среди разъяренного, бушующего моря, ежеминутно готового поглотить его в своих волнах, и чем дальше плывет корабль, тем больше хлещут по нему волны, тем яростнее нападают на него! Но чем сильнее бьют волны по кораблю, тем дальше отскакивают от него и сливаются с бездною, и исчезают в ней, а корабль по-прежнему продолжает свое победное шествие: твердо стоит основание Божие (см.: 2 Тим. 2:19), на недвижном камне создана Церковь Христова, и врата адова не одолеют ее (Мф. 16:18).

Церковь Христова – Царство не от мира сего, не располагающее никакими мирскими приманками, гонимое и уничижаемое – не только не погибает в мире, но возрастает и побеждает мир! Так повсюду, в том числе и у нас здесь. Мы не можем не глаголати, яже видехом и слышахом (см.: Деян. 4:20). Правда, Церковь наша не может похвалиться ни численностью членов своих, ни ученостью их. Как и «слово крестное», для одних она кажется низкою и соблазнительною, а для других – простою и безумною, на самом же деле в ней сокрыта «Божия сила и Божия премудрость». Она сильна и богата истинностью догматов, сохраненных в неповрежденности, чистотою правил, глубоким смыслом богослужения и обилием благодати. И сим она постепенно привлекает к себе сердца людей и все больше возрастает, и укрепляется в стране сей.

Вы сами, братья, свидетели и очевидцы роста и успеха Православия здесь. Всего каких-нибудь 12–15 лет тому назад у нас, кроме далекой Аляски, не было почти ни одной церкви здесь, не было священников; православных людей насчитывалось всего несколько десятков и много что сотен, да и те жили разбросанно, вдали друг от друга. А теперь? «Преславная днесь видеша во стране сей». Появляются храмы наши не только в больших городах, но и в малых местах. Сонм духовенства, верующих – десятки тысяч, и не только давних православных, а обратившихся из унии; заводятся школы, возникают братства. Даже посторонние люди признают успех Православия здесь, а как же нам самим после сего не праздновать «торжество Православия» и не благодарить Господа, благодеющего Церкви Своей!..»[38]

Святитель закончил свою прощальную речь пронзительными словами: «Прости и ты, храм мой кафедральный... Прости и ты, Американская страна... Прости, моя паства!» На этом американская часть пути святого Тихона закончилась. Впереди его ожидала ярославская, московская, а затем и всероссийская паства.

Материал подготовлен старшим научным сотрудником
отдела новейшей истории Русской Церкви ПСТГУ
Наталией Александровной Кривошеевой

и старшим преподавателем кафедры ОиРЦИиКП
Серебряковой Юлией Владимировной

Источник изображений с цитатами – Телеграм-канал ПСТГУ

_____________________________

1.Церковные ведомости. 1898. №40. С. 365.

2.Статья подготовлена по материалам книги «Американский период жизни и деятельности святителя Тихона Московского, 1898–1907 гг. / [сост.: А.В. Попов]. – Санкт-Петербург: САТИСЪ, 2013» с частичной публикацией материалов «Американского православного вестника»

3.Речь святителя Тихона, епископа Алеутского и Аляскинского, при вступлении на архиерейскую кафедру //Американский православный вестник. 1899. №2. С. 52–53.

4. Протопресвитер Александр Хотовицкий (1872–1937) совершал свое служение в Америке с 1896 по 1914 гг.

5. Американский православный вестник. 1899. №1. С. 14.

6. Рафаил (Ававини, 1860–1915), епископ Бруклинский, викарий Северо-Американской епархии. Причислен Православной Церковью в Америке к лику святых.

7. Американский православный вестник. 1899. № 1. С. 14–15.

8. Там же. С. 16.

9. См. Мак-Гахан В.Н. Посещение Нью-Йорка преосвященным Тихоном, епископом алеутским и аляскинским (от нашего корреспондента) // Московские ведомости. 1899. 16 (28) июня.

10. Американский православный вестник. 1899. Т. III. №1. С. 12. С. 12.

11. Американский православный вестник. 1899. Т. III. №15. С. 404.

12. Американский православный вестник. 1900. Т. IV. №3. С. 50.

13. Там же.

14. Там же. С. 78.

15. Там же. С. 79.

16. Американский православный вестник. 1901. Т. V. № 10. С. 205.

17. Торжество закладки русского православного храма в г. Нью-Йорке // Американский православный вестник. 1901. Т. V. № 13. С. 269–270.

18. Американский православный вестник. 1901. Т. V. № 13. С. 269–270.

19. Американский православный вестник. 1902. Т. VI. № 22. С. 458.

20. Там же.

21. Отчет о состоянии Алеутской епархии за 1902 г. С. 336–337.

22. Американский православный вестник. 1903. Т. VII. № 7. С. 101.

23. РГИА. Ф. 796, Оп. 209. Год 1903. Д. 2195. Л. 263.

24. «В понедельник, 15 сего декабря, имели счастие представляться Его Величеству Государю Императору: экзарх Грузии Алексий и епископ Алеутский Тихон» // Церковные ведомости. 1903. №51/52. С. 399.

25. См. Американский православный вестник. 1904. Т. VIII, №3. С. 42–44.

26. Там же.

27. Еп. Иннокентий (Пустынский; 1868–1937).

28. Американский православный вестник. 1904. Т. VIII, №3. С. 42–45.

29. Американский православный вестник. 1905. №10. С. 184.

30. Церковные ведомости. 1905. № 25. С. 315.

31.  «Вера и Разум». 1901 г. С. 461.

32. Американский православный вестник. 1905. № 10, С. 184–186.

33. Американский православный вестник. 1904. Т. VIII. №21. С. 419–420.

34. Там же.

35. Хотовицкий А. А. Благодарность // Американский праволавный вестник. 1906. Т. X. №6. С. 118.

36. Там же.

37. Высочайшие повеления // Церковные ведомости. 1907. №5. С. 20.

38. Американский православный вестник. 1907. №6. С. 96–98.